«Усадьба в селе Константиново. История, быт и владельцы»
Про этот проект, я даже не забыл… я его давно «отпел» и тут он, снова на пороге — жив-здоров. На прошлой неделе мне приходит письмо: «Добрый день, уважаемый Олег Борисович. Спешу сообщить Вам приятную новость. Наша долгая и кропотливая работа по созданию Альбома, в котором опубликован каталог стереослайдов Б.И. Кулакова завершена. И в этом ваша огромная заслуга. Поэтому поздравляю как одного из авторов! Пока, у меня нет на руках даже своего экземпляра и еще не удалось полистать книгу. Но, Ваш авторский экземпляр ждет Вас в музее…». «3 октября в Рязанской областной библиотеке пройдет презентация книги, от нашего большого творческого коллектива … Как мне сказали коллеги, нашу книгу выдвинули на конкурс «Книга года»… » Читаю всё это, смотрю на поднимающийся на Мтацминду фуникулер и вспоминаю Раневскую: «Всё сбудется, стоит только расхотеть»…
ПРЕДЫСТОРИЯ, взял из поста 2018 года и немного доработал, кто знает-читал, можете пропускать до линии:
______________________
Когда-то в далеком 2018 году, в процессе работы с архивом Марии Сергеевны Хлудовой, я получил для оцифровки и атрибуции стеклянные стереослайды, снятые в начале XX века. Меня они сразу потрясли: когда вы вкладываете стереослайд в бинокль для просмотра, все видится в объеме, как если бы фильм братьев Люмьер вам показали в 3D. Особенно эффект присутствия чувствововался на зимних фотографиях, где черно-белый кадр не мешает восприятию объемной реальности. После первого моего ликования от увиденного пришла грусть: на фотографиях почти не было города, была только некая усадьба, дети и очень-очень много охоты. А ещё на слайдах была часто встречалась симпатичная женщина – одна или с детьми. Но никого из присутствующих на фотографиях людей, кроме автора, я не смог опознать.
Что мне тогда было известно про фотоколлекцию? Автор — Борис Иванович Кулаков, из купеческой фамилии, историк, выпускник московского университета, арестован в конце 1927 года как «финский шпион», в 1937-м арестован повторно, расстрелян. Его жена – Вера Васильевна Кулакова (в девичестве Хлудова), тетка Марии Сергеевны Хлудовой — хозяйки архива, с которым я работал. Вера Васильевна Кулакова (Хлудова) после ареста мужа была сослана на Урал как «член семьи», дети Кулаковых умерли по дороге в ссылку. Сама Вера Васильевна, после ссылки, долго не могла вернуться в Москву, так как не имела права проживания в крупных городах. Чуть позже, чудом (как рассказывала сама Вера Васильевна, милиционер отвлекся на телефонный звонок и ей не поставили ограничивающий штамп в паспорт) она смогла вернуться в Москву, к своему брату, отцу Марии Сергеевны. После смерти Веры Васильевны эта коллекция слайдов перешла Марии Сергеевне.
Мария Сергеевна, передавая слайды в обработку, говорила мне: «Олег, это же потрясающий материал, давайте сделаем выставку». На что я отвечал, что для организации выставки в 3D нужны средства, а без 3D эти кадры потеряют значительную часть своего очарования. Ну и история коллекции, конечно, грустная, но … слишком обычная для привлечения внимания и финансов к выставке (к сожалению, просто обычная, для XX века в нашей стране). И все-таки я начал оцифровку: дальше были продолжительные поиски подходящего сканера, так как слайды не умещались в стандартные слайд-сканеры, а качество требовалось очень высокое. И только в апреле 2019 года началась полноценная работа, а учитывая, что сканирование и обработка одного стереослайда занимала до получаса — обработка и атрибуция сильно затягивались.Приходящим ко мне друзьям я показывал коллекцию, смотрел на восхищенную реакцию и понимал: вот это и есть — «единственно возможная выставка».
Часто, рассматривая слайды сам, я вглядывался в лица людей на фотографиях и терзался мыслью: «Неужели я никогда не узнаю, кто вы?»
Часть слайдов были негативами, не отпечатанными в позитиве, при оцифровке я их инвертировал. И вот, разбирая вторую группу отсканированных и инвертированных негативов, я наткнулся на негатив, который не разглядывал в бинокле раньше (ну не умеет у меня глаз инвертировать). Это был слайд с усадебным домом, он выглядела так необычно… и в то же время так знакомо, что я решил все-таки поискать информацию, отлично понимая, что вряд ли я что-то найду. «Какая-то усадьба, принадлежавшая… Кулакову (не самая, кстати, редкая фамилия) скорее всего, пробыв в советское время сельсоветом или складом, эта усадьба давно уже разобрана на кирпичи» — говорил я себе. Но, достаточно поверхностный поиск привел меня к удивительным результатам. Неожиданно в первой же станице выборки я нашел статью, где с заглавной фотографии на меня смотрела «та самая»!, так часто встречавшаяся мне на слайдах, женщина – статья была про Лидию Кашину.
Дальше на меня как из рога изобилия «посыпалась» информация:«Неизвестная» на слайдах – Лидия Кашина, первая любовь Есенина, которой он посвятил свою поэму «Анна Снегина», она же – сестра Бориса Ивановича Кулакова, автора снимков.
Когда-то у той вон калитки
Мне было шестнадцать лет.
И девушка в белой накидке
Сказала мне ласково: «Нет!»
Далекие милые были!..
Тот образ во мне не угас.
Мы все в эти годы любили,
Но, значит,Любили и нас.
И вот она, стоит на слайде на берегу реки в белой накидке…
Дом на слайдах – это усадьба Лидии Кашиной, сейчас там музей поэмы «Анна Снегина» в музее-заповеднике Константинова. И на втором этаже уже висят распечатанные слайды из этой коллекции. Сцены охоты, которые я часто пропускал в просмотре, были сняты в имении Кулакова – Яр, тот самый Яр, вокруг которого происходит действие одноименной повести Есенина. Даже лошадь, которой я так любовался на снимках, «восстановила» свое имя, это любимая кобыла Кашиной – Радость. Люди на слайдах стали приобретать имена.Коллекция слайдов снята в Константинове и окрестностях, на родине Есенина, в то время, пока он там рос. А значит, люди на фотографиях, возможно, знали или видели Сергея Александровича. И все эти фотографии «объемные»! Мне сложно описать мое состояние тогда – давно не испытывал такого счастья! Помню, я не мог перестать улыбаться весь вечер.
С найденной коллекцией мы обратились в музей-заповедник Константинова, где познакомились с прекраснейшими специалистами музея – Натальей Николаевной Бабицыной и директором Борисом Игоревичем Иогансоном (низкий поклон им обоим). Тут небольшое отступление. Меня сначала несколько удивило, что первый наибольший интерес вызвали слайды с каретным сараем. Но, дело быстро прояснилось: Борис Игоревич именно в том году начал работы по восстановлению каретного сарая – для размещения новых экспозиций. И главной проблемой этого строительства было то, что каретный сарай был разрушен еще в первой половине XX века, а его фотографий не сохранилось… И тут мы с нашей коллекцией, а там аж три фотографии каретного сарая… с 2020го в Константиново стоит выставочный зал — каретный сарай, построенный в соответствии с найденными фотографиями.
А коллекция стереослайдов и бинокль для просмотра стали экспонатами и предметами хранения музея-заповедника Константиново.
_________________
Теперь, то , что тогда не написал. Я очень долго носился с одной зимней фотографией, на которой стоит мальчик , очень похожий на молодого Есенина. А рядом с «подозрительным» мальчиком стоит очень заметный друг Есенина , внучатый племянник священика Константиново — Клавдий Воронцов (представляете не так давно я выяснил, что он похоронен на одном кладбище с моими Родителями). Я бегал с этим снимком по «есениноводам и есенинофилам» с просьбой подтвердить мою догадку, что это самая ранняя фотография Есенина… но, тут ничего не произошло. Такую ответственность на себя никто не взял, говорили: «Да, похоже, но…». И, как историк, очень хорошо их понимаю, но…эх, как бы хотелось, чтобы кто-то это окончательно доказал.
Шли годы я ждал выхода книги-каталога, помогал подыскивать издательство, готовил под печать стереослайды, чтобы их можно было рассматривать в бумажных анаглифных 3D-очках и издание не потеряло волшебства объемных фотографий. Продолжал помогать с атрибуцией слайдов… Но, время шло , а издание не появлялось и я признал — это не случится уже никогда.
И вот, письмо — меня ждут на презентации в Рязани … А я сижу и надеюсь, что до меня доберется хотя бы мой «авторский экземпляр».
За долгое время «вынашивания» издания оно немного расширило тематику, книга называется «Усадьба в селе Константиново. История, быт и владельцы». За время «простоя» работникам музея-заповедника удалось обнаружить новые архивные материалы, которые позволили восстановить всю владельческую линию усадьбы села Константинова. И был найден интересный факт: представляете, в 1676 году — первое упоминание о «боярском дворе» в Константинове, что дает право вести отсчет истории усадьбы от этого года, а значит ей в этом году 350 лет. Вроде бы не важное совпадение, но красиво получилось.
В общем, если вы не «на холмах Грузии» или «в садах Валенсии» и у вас есть возможность заехать в Константиново, имейте это ввиду. Думаю, какое-то время там будет продаваться эта книга. Главное, проверяйте наличие бумажных анаглифных очков, чтобы почувствовать Волшебство.
БЛАГОДАРНОСТИ:
Марии Сергеевне Хлудовой — за возможность работать в ее архиве;
Наталье Николаевне Бабицыной — за плодотворное и приятное сотрудничество;
Борису Игоревичу Иогансону — за интерес к коллекции и все , что сделано в Константиново;
Константину Пичкуру — за сканер, на котором я смог это всё оцифровать;
Ките Гусниной и всему семейству Гусниных — за знакомство с Марией Сергеевной;
Евгении Потапенко — за помощь с поиском издательства.
